Конно Сатоси — Каратэ, Окинава и я (часть 1)

0
28

Не так давно мне довелось побывать на лекции японского писателя и мастера традиционного каратэ Конно Сатоси, организованной Японским Фондом в рамках программы культурного обмена между Россией и Японией. Тема лекции «Каратэ и культура» актуальна в наши дни как никогда, ведь чем больше мы отдаляемся во времени от пиковой точки мировой популярности каратэ, тем больше возникает вопросов о месте каратэ в жизни современного человека.

Узнав о проводимой лекции, я не упустил возможности посетить это мероприятие, поскольку сочетание образования, интеллекта и увлеченности каратэ сэнсэя Конно дает возможность получить из первых рук качественную информацию по теме, и кроме того, поскольку встреча с этим человеком почти 20 лет назад привела меня на Окинаву в поисках ответов на мои собственные вопросы.

По итогу лекции коротко отмечу, что многое сказанное сэнсэем на этой встрече перекликается с его выступлением на Рюкю Форуме в 2008 году, которое я в свое время переводил на русский язык, однако некоторые части выступления стали для меня без преувеличения глотком свежего воздуха. Текст лекции «Каратэ и культура» сэнсэя Конно сейчас находится в процессе перевода, поскольку у меня как у переводчика остались вопросы к корректности интерпретации некоторых важных моментов. Пока же я предлагаю читателю познакомиться с текстом выступления Конно Сатоси на Рюкю Форуме, состоявшимся десять лет назад в городе Наха, Окинава. Текст публикуется без внесения корректив, авторский стиль переводчика сохранен на дату написания в 2008 году. Увлекательного и познавательного чтения!

Сергей Саркисянц (Переводчик-востоковед. Практик каратэ и кобудо)

———————————

Конно Сатоси — Каратэ, Окинава и Я (часть 2) »

Лекция опубликована в журнале The Ryukyu Forum Vol.186 за октябрь 2008 года. Перевод с японского языка Сергей В. Саркисянц. При использовании текста полностью или частично ссылка на источник и автора перевода обязательна. All Rights Reserved

Конно Сатоси (творческий псевдоним Конно Бин)

Родился в 1955 году на острове Хоккайдо. В 1975 году в университете Дзёти1 начал изучать каратэ-до стиля Сито-рю под руководством сихана Ито Сиро. В 1978 году, будучи студентом университета Дзёти дебютировал на литературной сцене и получил премию для дебютантов в категории «проблемный роман».

После окончания университета в 1979 году поступил на работу в компанию Toshiba EMI. С 1980 года начал изучать японское каратэ школы Дзёсинмон у сихана Икэда Хосю. В 1981 году покинул компанию Toshiba EMI, и полностью посвятил себя писательской деятельности. С 1999 года руководит школой Каратэ-до Конно-дзюку.

В 2006 году за роман «Тайное расследование» получил премию Ёсикава Эйдзи в категории «дебютант». В 2008 году за роман «Решительность. Тайное расследование 2» — премию Ямамото Сюгоро и премию Японской Ассоциации писателей детективных романов. В настоящее время публикует в вечернем выпуске газеты Рюкю Симпо роман «Воин Сару»2. Директор Японского пен-клуба,  постоянно действующий директор Японской Ассоциации писателей детективных романов.

Лектор: г-н Конно Бин

писатель, автор романа «Воин Сару», который в настоящее время публикуется в вечернем выпуске Рюкю Симпо

Добрый день. Позвольте представиться — меня зовут Конно Бин. Мне доводилось слышать, что выступления в рамках Рюкю Форума часто оказывались очень полезными. Должен извиниться, но мое выступление не принесет вам совершенно никакой пользы. Мне бы хотелось, чтобы вы слушали его с легкостью, словно для лучшего пищеварения после хорошего обеда.

Тема моего выступления: «Каратэ, Окинава и я», а начать его мне хотелось бы с рассказа о том, как я познакомился с каратэ.

Как уже говорил председатель форума, прошло уже более 30 лет с тех пор, как я стал писателем, однако моя биография в каратэ немного длиннее — около 35 лет. Вначале я расскажу о том, откуда у меня возникло желание заниматься каратэ. Это произошло в те годы, когда я учился в младшей — средней школе. По телевидению шел американский сериал «Зеленый Шершень». Главный герой сериала — Зеленый Шершень — был не слишком привлекательным персонажем. Чего не скажешь о другом действующем лице — его водителе-ассистенте по имени Като, которого играл знаменитый Брюс Ли. Тогда техника Брюса преподносилась как каратэ. Это было довольно давно, а в те времена никто толком не мог отличить китайское кэмпо от кунг-фу или каратэ. И Брюсу Ли часто доставались роли каратистов.

Вот почему мне так захотелось попробовать себя в каратэ, но тогда я еще жил в глубокой провинции на острове Хоккайдо, где в то время еще не было додзё, в которых преподавали каратэ. Понятно, что шансов позаниматься каратэ в младшей и средней школе у меня тоже не было. Отец время от времени практиковал кэндо, поэтому в средней школе меня записали в секцию, где я изучал кэндо. Тем не менее, где-то внутри меня по-прежнему горело желание научиться каратэ.

На фото Конно Сатоси и автор статьи Сергей Саркисянц. Токио, Мегуро, 2004 год.

Начало. Сито-рю

Был в то время один молодежный журнал, в котором печатали комиксы «Каратэ Бака»3 — тогда они пользовались бешеной популярностью. Первоисточником было произведение Кадзивара Икки, а рисовал комиксы большой мастер манга4 Цунода Дзиро. Как вы помните, то было время Ояма Масутацу, и мы его просто боготворили. К тому моменту, как я перебрался в Токио, случился настоящий бум Кёкусинкай, и я уже стал подумывать о том, чтобы начать заниматься этим стилем. Правда, от рождения я был довольно слабым и робким. «Мы тут сумасшедшие тренировки проводим — тебе не подойдет» — сказали мне, на что я простодушно согласился, ответив лишь: «Да, пожалуй…», и еще какое-то время моей жизни прошло без каратэ.

Как раз тогда я провалил вступительные экзамены в университет и посещал подготовительные курсы, чтобы поступить на следующий год. И волновало меня совсем не каратэ – нужно было, во что бы то ни стало, готовиться к экзаменам. Через какое-то время я поступил в университет и попробовал разузнать, нет ли в нем случайно секции каратэ. Университет Дзёти, в который я поступил, в действительности довольно слабый ВУЗ, но на кафедре физического воспитания оказалась секция каратэ. Правда, было в ней всего три человека. И когда я попробовал спросить: «Какой у вас стиль?», мне ответили: «Какой там, все трое кто во что горазд. У одного — Годзю, у другого — Сёрин…» Никуда не годится, решил я, продолжая тем временем по-прежнему слоняться без дела. Однако в университете оказалась еще одна группа, практиковавшая каратэ, но это был не клуб — скорее общество любителей, а занимались они стилем Сито-рю.

Это стиль, созданный Мабуни Кэнва, для названия которого он взял первые иероглифы от имени сэнсэев Итосу Анко  и Хигаонна Канрё. Пойти что ли туда, подумал я, но как уже говорилось ранее, от природы человек я робкий, и мне все никак не хватало духу вступить в организацию каратэ. Пока суд да дело, не успел я поступить в университет, как с первого взгляда влюбился в красавицу из моей группы. Но она с легкостью меня отшила. И тогда я словно превратился в какого-то мазохиста. Мне страшно захотелось подвергнуть свое тело каким-нибудь мучениям, и в итоге я вступил в секцию каратэ Сито-кай. Так что выходит, что поводом для начала моих занятий каратэ послужила такая банальная причина, как несчастная любовь. С этого и началось мое каратэ.

Делаю макивару

Задолго до этого, еще во времена младшей школы, я подумал, неужели я не смогу хоть как-нибудь заниматься каратэ, и хотя никаких руководств тогда еще не было, немного поразмыслив, я открыл словарь Хякка Дзитэн, в котором было написано: «Каратэ – вид боевого искусства, распространенный на Окинаве». И еще было написано: «…бьют по макиваре». Раз так, подумал я, если я буду бить по макиваре, то тоже стану каратистом, и хотя я понятия не имел о том, как ее сделать, кое-как я все-таки ее соорудил. Вырыл в земле яму, вкопал доску, обмотал веревкой, ударил…и она сразу повалилась. «Странно…» — подумал я, вкопал еще раз и снова ударил. И снова свалилась. Сколько ни пробовал повторять — одно и то же. Короче говоря, та часть, которую я вкапывал, была слишком короткой, поэтому основание макивары было слабым. Потратив целый день, я сделал новую, начал по ней бить и она через несколько секунд просто сломалась… Очень хорошо я запомнил то чувство разочарования от постигшей меня неудачи.

Так и случилось, что с таким вот горьким опытом и горячим желанием я начал в институте заниматься каратэ. Раз мы студенты, то во главу угла тренировочного процесса поставлено участие в соревнованиях в качестве спортсменов. Тренировки поединков кумитэ, а если ката — то ката соревновательные. Ката, где в блоке «сюто-укэ» пальцы рук вытягиваются в струны. Ката, где удары «цуки» нас заставляли бить прямой рукой, не сгибая запястье. Вдобавок ко всему, хотя в университете я, в сущности, занимался каратэ три года, не припоминаю, чтобы мне доводилось побеждать в поединках на так называемом «синдроме подъема». Как кумитэ – так тут же вскакиваю, и что я делал до того момента, как закончился бой и я сошел с татами, ничего толком не помню, — вот и все, что отложилось у меня в памяти.

Видимо, из-за того что мои серьезные успехи приходились на учебу, и я вполне довольствовался этим, в университете я перестал заниматься каратэ. Результатов у меня тогда особо не было, и возможно, поэтому я не был настолько сильно увлечен тренировками. Но внутри меня по-прежнему все еще продолжало что-то гореть.

Сёрин-рю Дзёсинмон

Как уже говорил председатель форума, любезно представляя меня, окончив университет, я поступил на работу в компанию Toshiba EMI. В компании по случаю оказался сотрудник, занимавшийся в то время каратэ, и от его организации однажды поступило приглашение: «Слушай, а не прийти ли тебе к нам ради развлечения?» Я решил заглянуть. Оказалось, что это додзё школы Дзёсинмон традиции Сёрин-рю. И вышло так, что я стал одним из членов этой организации и начал обучение под руководством сэнсэя Икэда Хосю. Это была действительно важная для меня встреча. С той поры я стал изучать у сэнсэя каратэ, а затем и бо-дзюцу.

Чего только не произошло с тех пор.

Каратэ – это значит, что ты не просто часть организации. Каждому члену организации приходится выполнять разные функции. И это отнимает массу времени. Стоит сэнсэю сказать, что он будет проводить чемпионат мира, как все члены организации само собой привлекаются как волонтеры.

К примеру, приехало из разных стран более 200 спортсменов. Бизнес-отель, в котором их поселили, превращается в «олимпийскую деревню», а мне сэнсэй говорит: «Старостой «деревни» будешь ты!»

В такие времена бывало, что я неделями не появлялся дома. Приходилось решать различные вопросы: от встреч-проводов спортсменов до составления графика чартерных автобусов, перевода, сбора взносов, рассмотрения жалоб и претензий. А претензии случались разные. Один участник приходит и заявляет: «Включи-ка видео для взрослых!» Это выходит за рамки приличий, поэтому в здании приходилось выключать все видео. Отказал, а случалось, и снимать запреты приходилось, чего бы мне это ни стоило.

Столкновение с Окинавским Каратэ

Целыми неделями не бывал я дома и совершенно выбился из сил. Это был 1999 год. До упомянутых событий и некоторое время после я был абсолютно уверен, что то, чем мы занимаемся, и есть каратэ. Но как-то раз мне представилась возможность посмотреть видеозапись, на которой ката выполняли ученики сэнсэя Накадзато, который живет в деревне Тинэн и преподает каратэ Сёрин-рю традиции сэнсэя Кьян Тётоку. У меня был шок, словно меня молотом по голове ударили! Названия ката такие же, как и у ката нашей школы. К примеру, Сэйсан или Бассай, Вансю, Усэйси, Кусянку. Мы практикуем ката с такими же названиями, и порядок выполнения ката такой же. Однако содержание совершенно другое. Лаконично, сильно, просто – как я уже говорил, у меня было чувство, что меня чем-то хорошенько огрели.

Я был очень сильно удивлен, и во мне зародилось сомнение: «Так это и есть Окинавское Каратэ?! Тогда что же то, чем мы до сих пор занимались?». С тех пор я просто извелся. Вот уже 20 лет как я не жалея сил занимаюсь каратэ под руководством сэнсэя Икэда Хосю, а мои чувства вмиг переменились просто от просмотра видео. И вместе с непреодолимым желанием попробовать окинавское каратэ во мне зародился сильный интерес к тому, что же все-таки представляли собой ката каратэ, которые изначально практиковали на Окинаве? В итоге после долгих колебаний я отошел от традиции сэнсэя Икеда Хосю, решив самостоятельно исследовать окинавское каратэ. Отправной точкой, с которой я начал первые попытки своими силами докопаться до корней, стал 1999 год.

Основание Конно-дзюку

Идеи создавать организацию у меня не было. Я думал, будет неплохо, если я в частном порядке смогу тренироваться и заниматься исследованиями каратэ. Но когда я вышел из организации Дзёсинмон, несколько человек, с которыми мы вместе тренировались, сказали мне, что хотят продолжить заниматься вместе со мной, и поначалу я сколотил маленькую группу – всего 4-5 человек. Для удобства ей нужно было дать какое-то имя, и я решил, что раз организовал все это Конно, то «Конно-дзюку»[efn_notes]Дзюку (яп.) – частная школа, пансион. «Конно-дзюку» — «частная школа Конно»[/efn_notes], пожалуй, будет неплохо. Название организации родилось довольно легко – Каратэ-до Конно-дзюку, а если говорить о точной дате, то начали мы 1 октября 1999 года. Этот день я и считаю памятной датой основания.

Не успел я оглянуться, а в следующем году нам уже 10 лет. Сначала было всего пять человек, обратил тут внимание —  а членов организации уже больше сотни. Из-за большой загруженности не удается ни руководить толком, ни как следует самому тренироваться, и порой я даже подумываю, что придется еще урезать график – вот в таком примерно режиме мы сейчас и существуем.

Так что получается, что поводом для начала независимого существования Конно-дзюку стала видеозапись тренировок учеников сэнсэя Накадзато из деревни Тинэн.

С тех пор я стараюсь раз в год обязательно приезжать на Окинаву и встречаться с различными учителями. И так как этого явно не хватает, просматриваю также видеозаписи разных сэнсэев. Когда видео смотрит дилетант, он едва ли сможет что-то понять, но для человека, имеющего за плечами определенный опыт тренировок, просмотр видео действительно очень полезен. Кроме того, изучаю я и различные древние литературные источники.

Во всем этом, как мне кажется, большую роль сыграла моя работа. По профессии я писатель, и более того, мой жанр – «мистэри», детективный роман. У меня много книг, где в роли главного героя выступают полицейские, и где действительно очень важный момент – логические выводы. Когда я занимался исследованиями каратэ, где существуют разные ката с одинаковыми названиями, когда смотрел и сопоставлял такие-то ката, которые практикуют такие-то сэнсэи из таких-то районов, то мне удалось сделать вывод, которые из этих ката являются изначальными. И у меня появилась возможность вводить практику этих ката в свои собственные тренировки.

Например, ката Бассай – это довольно старая форма, у которой имеется масса вариаций. Только мне известно более десяти вариантов, у каждого сэнсэя эта ката немного, но отличается. В процессе долгих наблюдений мне удалось постепенно сделать вывод, который вариант является наиболее приближенным к изначальной форме. И само собой, во мне возникло сильное желание практиковать этот вариант ката.

То, что рождено на Окинаве, невозможно понять, не побывав на Окинаве. Я в этом твердо убежден. Это касается и каратэ: невозможно прочувствовать ни его дух, ни его первоначальный смысл, не побывав на Окинаве. Сейчас я это осознаю особенно четко.

Комфортная Окинава

Здесь я немного сменю тему. На этот раз разговор пойдет обо мне и об Окинаве. Я очень люблю Окинаву, вчера вот снова выпивал до поздней ночи. Авамори5 очень люблю. Собственно, прошло уже лет 20 с тех пор, как я впервые увлекся дайвингом, и не на основном острове, а на острове Ириомотэ. Как вы знаете, Ириомотэ – остров, где из видов отдыха кроме моря ничего больше нет. Все остальное – сплошные джунгли. Как-то по случайности на обратном пути я заскочил в город Наха – невозможно передать словами, что это была за атмосфера. Это было ощущение исключительного комфорта, которое я ни разу до тех пор не испытывал. Старые кварталы, центральный рынок Косэцу Итиба – не могу передать словами, как я полюбил эту атмосферу.

Сейчас настоящий бум маленьких островов, все едут туда в поисках девственной природы, а я, напротив, люблю такие места, как Наха, где сохранилась культура. С тех пор я стал приезжать сюда каждый год.

Сам-то я уроженец севера – острова Хоккайдо, и вдобавок во мне сильно чувство, которое часто называют «тягой к южным островам». В действительности у Хоккайдо с Окинавой много общего. Коренные жители Хоккайдо тоже называют жителей Хонсю «найти-но хито6». И я тоже с детства о Хонсю говорил: «Найти, Найти». Возможно, в таком вот мироощущении также кроется что-то, что нас объединяет.

Поначалу мне было действительно грустно от того, что я не понимал слов окинавских песен, но от приезда к приезду их смысл становился мне все более понятным. Много, очень много печальных песен. Люблю я и звуки сансина7, и кухню окинавскую тоже люблю. И я очень хочу понять печаль Окинавы. Господство Сацума8 над Рюкю 9, упразднение Королевства Рюкю и образование префектуры Окинава, Вторая Мировая война и последовавшая за ней американская оккупация — тяжкие испытания выпали на долю Окинавы – за это я тоже ее очень люблю.

Чем больше хожу – тем больше делаю открытий, каждый раз приезжаю и не только не теряю интерес, а напротив – мне кажется, что с каждым разом я влюбляюсь в эти места все больше и больше.  Думаю, что вряд ли бы я их так полюбил, если бы приехал сюда просто на экскурсию. Важно то, что я приезжаю сюда ради одной большой цели. Нет ли каких новых открытий в области каратэ, нет ли способа получше узнать каратэ – вот с какими чувствами я еду сюда. В районе Уэхара города Нисихара живет сэнсэй Хокама – человек, построивший Музей Каратэ. Приезжая, я обязательно стараюсь встретиться с ним. И еще. Каждый год, в каждый приезд я возвращаюсь домой и заезжаю возложить цветы на могилу сэнсэя Кьян Тётоку. Человек, который показал мне место, где находится эта могила – сэнсэй Хокама, и я от всей души ему за это благодарен.

Вот с какими чувствами я приезжаю на Окинаву. Не просто сакэ попить, отведать местных блюд и вернуться домой. Думаю, именно благодаря этому во мне продолжает жить желание глубже понять Окинаву.

Соревновательное каратэ

На этом я закончу разговор обо мне и Окинаве, и снова вернусь к разговору о каратэ. Говоря о каратэ, особенно о том, что произошло с ним после того, как оно проникло в центральную Японию, нужно отметить уход в соревнования, с акцентом на поединках. На Хондо10 каратэ приходит в 11 году эпохи Тайсё (1922 год). Тогда сэнсэй Фунакоси Гитин принял участие в открывшейся в Токио выставке, посвященной физическому воспитанию, чтобы представлять на ней каратэ, и объявил о показательных выступлениях. Глава Кодокан11, сэнсэй Кано Дзигоро, увидев эти выступления, сказал: «Это интересно! Хочу, чтобы ты преподавал это в Кодокан», и Фунакоси пришлось задержаться. По этой причине Фунакоси остался в Токио, а каратэ начало распространяться в университетской среде.

Студенты того времени представляли элиту общества, а преподавались тогда в основном европейские дисциплины. Поэтому каратэ также пытались осмыслить с позиции западной спортивной теории. Студент молод и должен успеть показать результат за 2-3 года, поэтому объем нагрузок заметно возрастает по сравнению с тем привычным укладом тренировок каратэ, существовавшим до сих пор на Окинаве. Как следствие, студенты получают большую нагрузку, а система тренировок начинает строиться с упором на развитие мускулатуры – все как в европейской теории.

Сэнсэй Фунакоси, в действительности, сопротивлялся до последнего, а тем временем уже начинают практиковать поединки кумитэ. А это значит, что начинаются и бесконечные споры о соответствующей силе, о том, кто сильнее, кто победил. С началом поединков, так как решение об исходе схватки вычисляется по школьной системе оценок, нежелание проиграть толкает людей на еще более изнуряющие тренировки. В итоге тренировки становятся все более изматывающими — лишь бы победить в поединке, и кондиции тела потихоньку-потихоньку начинают ухудшаться.

Обратите внимание: то каратэ, которое изначально существовало на Окинаве, и то, что называют «каратэ» на Хондо, постепенно становятся совершенно разными вещами. Выходит, что каратэ, которое я изучал со студенческих пор, было каратэ японским, и когда мне говорят о том, что каратэ – это каратэ, оно везде совершенно одинаковое, то тут с водой мы и ребенка выплеснем. Я уверен — каратэ бывает совершенно разным!

Это – Культура!

Так в чем же разница? Одно из отличий, благодаря которому я могу бесконечно продолжать заниматься: каратэ — это культура. Я поймал себя на мысли о том, что как и окинавские народные песни, «сима-ута12», национальная кухня и местное сакэ «авамори», каратэ – это богатейшая культура.

Меня часто в шутку спрашивают: «Каратэ – это борьба? Каратэ – это Будо?» С уверенностью отвечаю: «Каратэ – один из видов традиционного искусства!» И добавляю: «Традиционное искусство, но довольно сильное!» Я стал четко осознавать, что каратэ является одним из звеньев цепи под названием культура.

Еще сильнее я это ощутил, когда смотрел традиционный окинавский танец. В нем есть движения, которые так похожи на движения в ката традиционного каратэ!

Многое мне объяснял мой хороший знакомый, который сам занимается танцами, и в первый раз у меня было чувство, что еще немного – и мы увидим  каратэ.

Если конкретно, то разговор шел о «гамаку»13 и «тинкути»14. Судя по всему, в окинавском традиционном танце этому действительно уделяют большое внимание, но мне доводилось слышать, что изначально «гамаку» и «тинкути» часто использовались и в каратэ. Поэтому, как мне кажется, изучая ката каратэ без понимания того времени, когда были созданы окинавские ката, не приведет к пониманию их изначального смысла.

Скажем, всего один пример – ката Кусянку, которое выглядит вот так. (демонстрация ката Кусянку). Другие ката содержат большое количество симметричных движений – как вправо, так и влево, но в Кусянку руки ставятся только на одну сторону. Левая рука ставится вот так.

Сегодня я был готов вести разговор о каратэ, но мое выступление удостоили своим посещением глава Рэнгокай и другие известные люди, поэтому мне довольно сложно что-то демонстрировать (шутит). Позвольте, я все-таки соберусь с силами и сделаю.

Я постоянно думал о том, почему же Кусянку только на одну сторону. Как-то раз мне объяснил это один знакомый окинавец: «В древности, когда завязывали прическу «канпу»15, мужчины обязательно наклоняли ее на левую сторону». И тогда я понял. Отводя руку, пытающуюся ухватить «канпу», проводили контратаку. Я впервые понял, что правая рука противника, пытаясь схватить наклоненную на левую сторону прическу «канпу», может сделать это только с левой стороны.

Выходит, что если не знать истории Окинавы, ее обычаев и общей картины той эпохи, то и смысла ката уловить не удастся. С тех пор я с еще большим рвением стал стремиться на Окинаву.

Обязательный предмет в Педагогическом колледже

Когда у меня дома прозвенел звонок, и мне предложили выступить на Рюкю-Форуме, я несколько раз повторяя, ответил: «Еду, еду, еду…» Мне сказали, что этому выступлению следует придавать особое значение, и я сразу проглотил крючок вместе с наживкой. Вот так — раз есть о чем поговорить, то я тут же еду на Окинаву.

Честно говоря, я не большой мастер по части выступлений, и мне хотелось бы многое обсудить с вами вместо того, чтобы произносить здесь речь в одиночестве, поэтому я еще немного продолжу, а затем мы пообщаемся друг с другом в формате пресс-конференции. Тогда я с радостью отвечу на все ваши вопросы. Итак, позвольте продолжить разговор.

Разговор шел о каратэ как о культуре. Я стал чувствовать, насколько глубокое это явление – каратэ. Например, каратэ, которым мы все занимаемся – если разделить его на большие группы, то это Сюри-тэ, Наха-тэ и Томари-тэ. Я попытался выяснить, как и откуда появилось Сюри-тэ. И выяснил, что первоисточником был человек по имени Сакугава Канга, живший в 1700-е годы в эпоху Эдо16, которого прозвали «Ту-Ди Сакугава»17. Имеются записи о том, что изначально на Окинаве борьбу и все, что с ней связано, называли «Ти»18. Существовало множество видов Ти, и Сакугава Канга, после того, как побывал на учебе в Китае, ввел приемы китайских боевых искусств в свой вид Ти. Потому-то он и получил прозвище «Ту-Ди Сакугава».

Среди его учеников был человек по имени Мацумура Сокон. В 1609 году Королевство Рюкю подверглось оккупации кланом Сацума, и воины того времени были вынуждены ездить на учебу в Кагосима19. Где изучали Дзигэн-рю20. Мацумура Сокон, изучив Дзигэн-рю, вернулся домой, после чего в искусство, изначально предполагавшее бой голыми руками, проникли принципы кэндзюцу21. Если попробовать глубоко исследовать стиль, который называют Сюри-тэ, то мы увидим, что в действительности он содержит множество приемов против меча. Поговаривают, что причина в том, что в качестве воображаемого противника в то время представляли адепта Дзигэн-рю из Сацума.

Таким вот образом и возникло раннее Сюри-тэ. Одним из учеников Мацумуры был Итосу Анко, и это искусство постепенно начинает распространяться. В эпоху Мэйдзи оно еще не называлось «каратэ», его называли «Ту-Ди» или просто «Ти».

Тогда же, в эпоху Мэйдзи, это искусство впервые вводится в реестр обязательных предметов в двух учебных заведениях: Иттю (в настоящее время – Высшая школа Сюри) и Педагогическом колледже. Это случилось в 38 году эпохи Мэйдзи (1905 год). Тогда правительство потребовало, чтобы название данного искусства произносили в стиле Ямато22, поэтому «Ту-ди» переименовывают в «каратэ». Фактически, в то же время для написания слога «кара» начинают использовать иероглиф «пустота, небо». Однако это не было повсеместным явлением. Кто-то оставил для «кара» иероглиф, означавший «Танский Китай» — так появилась «Танская рука».

Конно Сатоси — Каратэ, Окинава и Я (часть 2) »