Каратэ, тренеры и дети глазами эксперта. Сергей Пятибрат (часть 2)

Мы продолжаем разговор с Сергеем Александровичем Пятибратом,  мастером традиционного каратэ стиля Годзю-рю, начатый в первой части статьи «Каратэ, тренеры и дети глазами эксперта».  Сергей Александрович продолжает делиться с нами своим спортивным опытом, мыслями о месте физической активности в жизни ребенка и взрослого, а также о тонкостях и противоречиях непростого мира спорта и боевых искусств.

Очень часто спортивным методикам тренировки противопоставляется так называемая традиционная методика, и часто сторонники последней приписывают этим методикам чуть ли не магические свойства. Тема эта подобна необъятному океану, в котором утонуть можно даже только потому, что в разных направлениях методик этих существует великое множество. Даже если оставаться в рамках одного стиля каратэ Годзю-рю, все это далеко не однородно, начиная с существования массы ответвлений самого стиля, заканчивая тем, что даже внутри одного ответвления разные мастера могут придерживаться различных взглядов на те или иные методы тренировки.

В Японии вообще, и на Окинаве в частности, подход несколько отличается от нашего. Там внешняя строгость порой условна, то есть с одной стороны, в рамках некоей организации всё едино, но при этом если ты уважаемый человек и если ты откровенно не идешь против течения, не позволяешь себе публичную критику, по большому счету, внутри организации ты свободен в плане выбора методик или вариаций техники.

Читайте также:
Каратэ, тренеры и дети глазами эксперта. Сергей Пятибрат (часть 1)

Главное не нарушать принцип «Ва», сохранять гармонию. А гармония, в том числе, состоит в том, что нет распрей, выносимых в массы. Не выносить возникающие расхождения за пределы своего круга, чтобы они не превращались в предмет общественного обсуждения,  что у нас так любят. Если по-японски, мы говорим «Хай», мы соглашаемся, и в общем-то делаем то, что считаем нужным. По этой же причине даже внутри одной организации в разные залах, в разных додзё, у разных мастеров можно встретить различные варианты исполнения одних и тех же техник или ката, или варианты применения одних и тех же методик тренировки.

Фото: Сергей Саркисянц

Одна из причин почему люди приходят заниматься традиционными воинскими искусствами в том, что они хотят получить некую практику, например, поединка. Где ее получить, если недостаточно обусловленного дружеского спарринга на тренировке? Надо на соревнования выйти и опробовать себя в условно-ограниченной конфликтной, стрессовой ситуации. Но чтобы выступить на соревнованиях достойно, к ним нужно специально готовиться, под конкретные правила, и начинать нужно не в последнюю неделю перед соревнованиями, а задолго до даты выступления. В итоге от традиции ты переходишь к затачиванию себя под соревнования, где не нужны традиционные методы тренировки.

Методика, мотивации, планирование тренировочного процесса, когда есть необходимость выйти на пик формы к определенному дню,  принципиально отличаются от подхода к занятиям традиционным воинским искусством.

Когда мы говорим о Будо, речь идет о постоянной готовности, ты всегда должен быть на своем условном пике, но поскольку постоянно пик держать нельзя, ты должен себя поддерживать на некоем постоянно среднем уровне. Конечно, ты стремишься прогрессировать, но прогресс этот плавный, он не может быть как в спорте. В спорте мы достигаем пика, потом ушли вниз, у нас реабилитационный период, мы зализываем раны. Зализали, восстановились, начинаем очередной цикл восхождения на пик, всех побеждаем, собираем лавры и все заново, по кругу. Пока возраст и резервы позволяют.

Сочетать традицию и спорт очень сложно не только с точки зрения нестыковки методов, но также с точки зрения абсолютно разной мотивации. Спорт затягивает. Желание не ударить в грязь лицом  — мощный стимул, способный заглушить все остальное. Если ты для жизненных ситуаций занимаешься, для самообороны, затачивать себя под какие-то правила не просто не нужно, а крайне вредно.

Простой пример из моего личного опыта занятий каратэ.

Привыкаешь ты работать с коллегами по тренировкам в определенной манере, под определенные задачи. Приходишь в другой зал. Мне было интересно попробовать таэквондо олимпийское, потому что там работать в контакт можно, есть защитная экипировка, кирасы и прочее. Прихожу на тренировку, становлюсь в спарринг и понимаю, что моя голова занята не тем, чтобы работать с партнером, а тем, чтобы не совершить запрещенное действие. Потому что если ты привык на своих тренировках работать руками в голову, то на автомате будешь везде это делать. Идет посыл, ты руку уже заряжаешь, и в последний момент ловишь себя на том, что этого делать не надо. И происходит слом уже сформировавшегося до автоматизма двигательного стереотипа, что крайне вредно и опасно.

Читайте также:
Эхо фестиваля Окинавафест-2018. О каратэ, учителях и детях

Когда готовишься в спорте, все эти навязанные правилами соревнований навыки, комбинации и прочее, забиваются на подкорку, и потом даже если захочешь переучиться, не факт что переучишься. Я знаю ребят, которые пытались совмещать спортивное каратэ и кикбоксинг, и у них каратисткое отдергивание руки после удара периодически на занятиях кикбоксингом вылезает. Потому что они себя под это движение заточили.

Я когда в Суриковском институте вел занятия, а продолжалось это без малого 15 лет, ко мне приходили ребята с опытом бокса, кикбоксинга, других единоборств и я их честно отговаривал. Не потому, что считаю каратэ хуже бокса или кикбоксинга, а потому, что понимаю, какая это проблема и часто напрасная трата времени — переучиваться. Когда человек начинает переучиваться, он в определенный момент попадает в ситуацию, когда он разучился делать то, что уже умел делать, но при этом еще не научился новому. Несколько лет он может потратить только на то, чтобы прийти к условно-нулевому состоянию. И то до конца не обнулиться. И это при условии, если хватит терпения переучиваться.

Отзанимается год-два, в какой-то момент, в лучшем случае на тренировке, в худшем — где-то на улице он поймет, что уже не боксер, еще не каратист, разочаруется и просто перестанет тренироваться совсем. И какой смысл? Вон напротив зал бокса, идите занимайтесь. Бокс — прекрасно. Каратэ — прекрасно. Если этим заниматься у грамотного преподавателя.

Поэтому мне странны все эти баталии на тему что лучше, что хуже. Ничего не лучше и не хуже, если человек занимается у специалиста. Просто нужно выбрать то, к чему душа лежит, и заниматься этим. Не прыгать, не бегать, не метаться.

Дело в том, что знать все невозможно, каждый специалист все равно ограничен рамками того, что он изучал, и с уверенностью говорить он может только о своем опыте и знаниях. Поэтому иногда со стороны может показаться, что по определенным вопросам, касающимся оценки чужой деятельности, я ухожу в сторону. Невозможно сравнивать то, что  делаешь ты с тем, что делает кто-то, не изучив подробно то, что он делает. Поэтому даже то внешнее, что зачастую со стороны может показаться нам забавным, курьезным, непонятным или глупым, может выглядеть так просто потому, что мы не понимаем сути происходящего.

Фото: Сергей Саркисянц

Да, у меня возникают вопросы, когда я вижу у занимающихся Годзю-рю надсадное дыхание, пыхтение, фиолетовые лица. Я могу лишь сделать какие-то предположения, насколько это хорошо или плохо, но однозначный вердикт выносить не стану. Потому что считаю неизбежно последующие за этим дискуссии бессмысленными, поскольку каждый, в конце концов, занимается своим делом, в своем огороде копается, выращивает свои овощи, ест их или, может быть, продает. Но в первую очередь в силу того, что у меня нет уверенности, что я полностью понимаю то, что делает другой человек. А просто так говорить о своем? Да чего о нем говорить?

Читайте также:
Каратэ, спорт и дети глазами эксперта. Вахтанг Шарадзе

Надо заниматься, вникать, и если уж оценивать плюсы и минусы того или иного метода, давать оценку следует по результатам занимающихся. Если все показывают схожие результаты, позитивные или негативные, используя какой-то один метод, то можно предположить, что это влияние конкретного метода. Тема эта в принципе очень сложная для обсуждения, на мой взгляд.

Общая проблема, наверное, в том, что хороших специалистов всегда и везде мало. Даже в Японии и на Окинаве. У нас тем более. Поэтому я считаю, что вовсе необязательно ребенку начинать с единоборств. Начать заниматься единоборствами ваш ребенок сможет и в 20 лет, если к этому возрасту он сам того захочет. На начальном этапе ребенку нужна общая физическая подготовка, координация, гибкость, подвижность суставов, укрепление мышц тела.

И нормальные человеческие качества преподавателя.

Чтобы, как минимум, он не отбил у ребенка само желание заниматься, и смог заложить некие основы, которые в будущем помогут в любом виде спорта, включая единоборства, или чтобы ребенок просто здоровым рос. Выбирая, куда ребенка отдать, слушать прежде всего себя, а тренера слушать не как менеджера, расхваливающего свой товар, а как человека, который будет общаться с вашим ребенком, который будет закладывать в него что-то. Даже не на уровне рук и ног, а на человеческом уровне.

Человеческие качества, двигательные основы, общефизическая подготовка – вот что, на мой взгляд, должен получить ребенок. И далеко не факт, что начинать надо именно с единоборств. Что касается меня, я действительно начинал именно с единоборств, с  дзюдо. У нас была вполне обычная спортшкола, это только потом ее сделали школой олимпийского резерва, потому что два чемпиона Европы было в ее стенах взращено.

Читайте также:
Каратэ, учителя и дети глазами эксперта. Игорь Горбунов

Просто мне несказанно повезло. Без преувеличения повезло. Потому что такого специалиста, как Владислав Владимирович Петров — мой первый тренер в дзюдо, и в каратэ, кстати говоря, надо еще поискать. Образованнейший человек, выпускник Ленинградского университета, японист, японским языком прекрасно владел, переводчиком работал. Человек высокой культуры и очень высокого профессионального уровня. К примеру, многие ли практиковавшие дзюдо в 70-х годах, знали о том, что дзюдо основывается на ката? Вот Владислав Владимирович знал, и нам преподавал все восемь классических ката дзюдо. Косики-но ката — старые формы, Госиндзюцу-но ката – ката самообороны, другие. Много ли таких специалистов, многим ли повезет?

С точки зрения теории вероятности, статистики, если мы возвращаемся к разговору о детях и молодежи, когда родители отводят своих детей куда-то на занятия, при всей моей любви к предмету, которым мы занимаемся, родителю ребенка, который к этому отношения не имел, очень сложно определить квалификацию преподавателя. И в этом смысле у спортивных секций большее преимущество, хотя бы потому, что есть какая-то уверенность в том, что люди, обучавшиеся в государственных учебных заведениях, обладают некоей квалификацией. Хотя и это под вопросом.

Допустим, есть некий тренер с государственным дипломом, но мотивация его может быть непонятна, неизвестно, он хоть учился в вузе или так, посещал иногда. Потому что нередки случаи, когда действующие спортсмены в то время, как они числятся в профильных вузах, продолжают свою спортивную карьеру, и в итоге получают диплом. Говоря сейчас о каких-то относительных гарантиях государственного образования, я сам ловлю себя на мысли, что оно тоже по сути ничего не гарантирует.

В итоге выходит, что родителю ничего не остается, как просто внимательно смотреть на человека, к которому он привел ребенка, слушать его, и ориентироваться на свое понимание предмета, если он хоть что-то в нем понимает, а также на собственные ощущения, на родительскую интуицию. Попытаться понять истинные цели тренера, цели этой группы детей, для чего их готовят. Если для соревнований, чтобы всем рекордам дать имена, попытаться честно себе ответить на вопрос, надо ли это вашему ребенку с точки зрения перспектив последующего развития.

В общем, чисто по-человечески почувствовать, нравится или не нравится мне тот, кому я ребенка своего доверяю. По большому счету, других критериев нет. Поэтому выбор тренера – это везение, карма, судьба, умение слушать себя, умение слушать и воспринимать другого человека, умение услышать сигнал, который подает нам наш разум и наше сердце.