Беседа с ветераном каратэ — Василием Дмитриевичем Казарьян

3
1024
Будо Каратэ

От автора

Казарьян Василий Дмитриевич, родился 28 августа 1955 года, в Абхазии, в г. Гудаута. Сам я никогда не обучался технике у Василия Дмитриевича, но с гордостью называю его своим сэнсэем, так как именно он открыл мне глаза на настоящее каратэ-до.

Еще в 1994 году, под влиянием WUKO (тогда еще существующего предка WKF), меня стали посещать всякого рода сомнения в том, чем я занимаюсь. Изначально я практиковал Шотокан Каратэ-До и мне стало казаться, что классическое каратэ стало умирать. После этого, еще проходя службу на одной из военных баз под Москвой, я стал смешивать разные школы и пытаться создать нечто, чтобы мне было по нраву. Я смешал Шотокан с бросковой техникой Самбо, Дзюдо и Джиу-Джицу, много взял из элементов Айкидо и добавил недостающие для меня прыжковые зрелищные удары ногами из Таэквондо и работу с оружием из Кобудо. Но увы, в спарринге моя манера ведения боя больше напоминало какой-то Кикбоксинг.

После возвращения со службы, друзья попросили меня, чтобы я их обучил и так я стал преподавать (как мне сейчас кажется) какой-то рукопашный бой, на базе советского каратэ.

Найти себе хорошего сэнсэя я все никак не мог. Наладив связи в новом для меня городе Черкесске, я разузнал о существовании некого Казарьян Василия Дмитриевича, который обучается у японских мастеров и вывозит своих учеников к японцам. Встретиться с ним я никак не мог, так как никто не знал – где он преподает. И вот в 1998 году, во время тренировки, в зал вбежал мой друг и сказал, что в Дворце Пионеров в пятницу будет проходить семинар и проводит семинар сам Василий Дмитриевич Казарьян.

Я пришел туда и нашел его. В беседе с ним, я рассказал, что разочаровался в каратэ, так как повсюду один спорт, соревнования и никто не углубляется даже в основы каратэ. В этой беседе он открыл мне глаза на то, что есть спортивное каратэ, но есть и традиционное японское Будо Каратэ и он сторонник второго. На тот момент я уже имел три группы учеников, в трех разных залах города и времени катастрофически не хватало. Но все же, после моих занятий я шел в зал к Дмитричу, чтобы, если и не успеть поучиться технике, то хотябы просто поговорить с ним о каратэ. Я обучался и у Мусаева Низами в г. Баку, у Ерицян Арама в г. Степанакерт, но именно Василия Казарьян я называю своим сэнсэем. Благодаря ему я уже как 30 лет с каратэ. Я его очень ценю, уважаю и люблю! Спасибо Сэнсэй! Осс!!!

 – Василий Дмитриевич, расскажите, с чего начался ваш Путь в каратэ?

– Это было в 1972 или в 1973 году, в городе Невинномысск. Я тогда проходил там практику на химкомбинате. На химкомбинате тогда устанавливали приобретенное оборудование из Японии. На то время я еще занимался борьбой. К нам на тренировки стал приходить один из командированных работников – японец. Когда он нам в первый раз показал, что такое каратэ (удары руками, ногами), тогда это еще не так нас  впечатлило. Мы подумали, что это все ерунда, что мы борцы и физически сильнее его. Так прошло мое первое знакомство с каратэ.
Потом, уже после службы в армии, я приехал в Норильск и возобновил занятия борьбой, но уже мое отношение к борьбе изменилось. Так сказать – остыл. К тому времени, где-то в 1977 году, у нас открылась секция каратэ и я записался.
Отзанимался я в той секции где-то год, и, судя по всему, этот тренер был такой же, как и мы все. Он и понятия не имел, что такое каратэ. Короче, страдали херней. Это сейчас я, конечно, уже все понимаю.
Клуб каратэ г. Норильск, 1982 г. (второй справа-вверху – А. Басуров (инструктор), а третий справа – С. Соловьев. Снизу в центре – В. Казарьян)
Потом, уже позже, в моей жизни появился Анатолий Басуров – мой тренер и хороший друг. Он сам приехал из Киева, где обучался каратэ у двух инструкторов. Один из них был какой-то иностранец – араб, с которым Анатолий учился в институте. Второй инструктор был местный, из Киева, бывший самбист. Имен, к сожалению, я не знаю.
Когда Анатолий приехал в Норильск, он пришел к нам в секцию каратэ, посмотрел на нас и ему понравилось. Как он потом сказал, – «у вас есть дух воина и мне понравилось, как вы деретесь». Бились мы в спаррингах, конечно же, в полный контакт. И вот с тех пор, мы начали вместе с Анатолием Басуровым тренироваться. Анатолий уже более грамотно показывал и объяснял нам технику каратэ. А то, до этого, мы все делали не правильно, обучались по плохим копиям книг и по картинкам.
г.Норильск 1983 г – Джиу Кумитэ (в полный контакт). В.Д. Казарьян – с голым торсом.
Уже в 80х годах стали проводиться чемпионаты по каратэ и я стал участвовать. В 1981 году я стал чемпионом по каратэ в городе Норильск, а в 1982 году выиграл чемпионат по каратэ Красноярского края.
Чемпионат г. Норильска в 1981 году. Слева в прыжке В.Д. Казарьян.
Позже я переехал на Кавказ, в г. Черкесск, а все мои друзья из нашей секции каратэ разъехались по стране. Многие перебрались в Москву. Среди них был и мой друг Сергей Соловьев (царствие ему небесное). Вот он и начал потом звонить мне и приглашать на всякого рода сборы и семинары по каратэ. Так в 1992 году, Сергей Соловьев и пригласил меня в Москву, на семинар Хирокадзу Канадзава сэнсэя.
г. Черкесск, приблизительно 1990-1991 г. Слева-направо: Александр “Черный” Иванько, Виктор Наумов, Василий Казарьян.
Потом, я сам стал работать и преподавать. Работал с Сергеем Бороздиным и Кахой Басилия. Когда своих мальчишек вывозил к ним на аттестацию, а когда Сергея Бороздина приглашал в Черкесск. Они в то время представляли SKI. Это уже позже они перешли в WSKF, вслед за Хитоши Касуя сэнсэем и меня за собой подтянули.
Чемпионат Красноярского края по Каратэ, 1982 год. Слева В. Казарьян выполняет аши-бараи с последующим шагом и ои цки. Этой комбинацией В.Казарьян сломал противнику ребра.

  – Почему вы выбрали именно каратэ? Что именно привело в каратэ?

 – Ну как – «что привело в каратэ»? Захотелось просто научиться драться. Не то, чтобы драться, а уметь защищать себя. Бокс мне не очень нравился, бороться я умел. Захотелось какой то экзотики, что ли. Это было интересно. Ну, представь, в каких годах это все было. Потом конечно это все ушло, как шелуха. Это уже позже начинаешь понимать, что каратэ – не просто морду бить… Морду бить может каждый.
Это кто-то из мастеров сказал, когда у него спросили – «для чего ты занимаешься каратэ?». Он ответил – «чтобы в мирное время жить долго, а в военное время выжить». Каратэ-до это же еще и как гимнастика для здоровья, помимо того, что ты можешь кому-то дать по морде. Ну, я думаю одному-двум. С пятью человек, я думаю, это уже будет тяжело.

 – А когда уже вы посмотрели на каратэ не просто как на самооборону или спорт, а именно как на Будо?

 – Ну а что такое Будо? Вот ты мне задаешь вопрос – «что такое Будо?». Что же есть Будо?

  – Ну, когда я пришел к вам в первый раз, вы мне сказали – «мы практикуем именно Будо Каратэ». У меня есть свое понимание того, что есть на самом деле Будо. Я уже об этом говорил неоднократно. Просто я хочу понять именно вашу точку зрения.

 – Если рассмотреть это с позиции боевых искусств, то это не просто умение махать руками. Это еще и философия, учиться правильно все осознавать, а так же отношение к жизни и к людям, и многое другое. Это как у самураев Бушидо – кодекс чести, правило поведения и образ жизни в целом. Это и есть Будо.
Чемпионат Красноярского края, 1982 года – Финальный бой. После случая с переломом ребер, следующий противник отказался выходить против В.Д. Казарьян.

  – Василий Дмитриевич, чьи семинары вы посещали? В каком году и у кого вы аттестовались на дан? У каких японских мастеров вам довелось обучаться.

 – До 90-х я через моего друга Сергея Соловьева познакомился с Сергеем Бороздиным. Я приглашал его в Черкесск, для проведения технических семинаров, а так же мы выезжали в Москву на семинары. Сергей Бороздин аттестовал моих ребят. И вот, кажется, в феврале 1992 года, впервые в страну приехал Хирокадзу Канадзава сэнсэй. Вот тогда, в Москве, я и получил свой первый дан из рук самого Хирокадзу Канадзава.
Чемпионат Красноярского края, 1982 год. Награждение В.Д. Казарьян.
Второй дан, я уже получал у Хитоши Касуя сэнсэя в 1996 году. Позвонил мне Сергей Бороздин и пригласил на семинар Касуя сэнсэя. Они тогда перешли в WSKF. Вот я и аттестовался у Касуя сэнсэя на 2-й дан. Всегда старался по возможности учиться у японцев.  Вот так мне и довелось обучаться у таких сэнсэев, как Хирокадзу Канадзава, Рикута Кога, Хидетака Нишияма и Хитоши Касуя.
г. Черкесск, 1992 год. В.Д. Казарьян со своими учениками.

 – Все они мастера Шотокан Каратэ-До. Какие особенности в технике или в самой системе школы у каждого из них присутствовали? Кто чем запомнился? Чем Шотокан одного, отличался от Шотокана другого? Были ли характерные различия?

 – Ты знаешь, по большому счету разницы никакой. Есть маленькие различия в нюансах. Мастеров много и мне кажется, каждый преподает Шотокан со своим видением. Каждый учит так, как у этого мастера лучше всего получается. Техника конечно у них у всех великолепная. Глядя на них, ты не можешь сказать, что один лучше, а другой хуже.

 – А когда вы были на семинаре Хидетака Нишияма в Киеве, он же был тогда уже в преклонном возрасте. Я видел видео с этого семинара. На этом семинаре он объяснял всякого рода тонкости, относительно психологической подготовки и можно сказать ментальной части каратэ.

 – Ну да. Нишияма сэнсэй на семинаре больше разговаривал, чем показывал.

 – Все мастера, кто уже в возрасте, больше беседуют, когда со старшими учениками работают. Мне кажется, что дело не в том, что им возраст не позволяет показать какую-то технику, а просто они работают уже с другим уровнем, с черными поясами и хотят больше донести нюансов до своих студентов.

 – Да, они больше объясняют, чем показывают. Некоторые мастера возят с собой кого-то из инструкторов (ассистентов).
г. Черкесск, 2017 г. Технический семинар. Слева А. Мовсесян, а справа В. Казарьян.

 – В 1992 году, когда приезжал Хирокадзу Канадзава сэнсэй, это как раз начинались лихие 90-е. Я слышал такую легенду, что на этом семинаре принимали участие несколько представителей криминальных группировок. Вроде бы, кто-то из «солнцевской братвы» или других ОПГ. Говорят, что там, на семинаре, кто-то попытался померятся силами с Канадзава сэнсэем. И когда тот направился к сэнсэю с этими намерениями, то Хирокадзу Канадзава почувствовал это и снес того подсечкой «аши-бараи». Это на том семинаре было или на другом? Было ли это на самом деле?

 – Я что-то такого не припоминаю. При мне такого не было. Семинар проходил в Москве, в огромном помещении. Это, кажется, был закрытый теннисный корт. Семинар как семинар. Было очень много народу. Он объясняет и мы выполняем. Потом были экзамены. При мне никаких инцидентов не было. Все было на высоком уровне.

 – Еще такой вопрос. У вас была возможность посетить семинар сэнсэя Канадзава и аттестоваться у него. Я видел ваш диплом с подписью легендарного Хирокадзу Канадзава, в виде горы Фудзи. Что вы можете сказать о нем как о человеке?

 – Канадзава сэнсэй, если так разобраться, он более такой человек… Как сказать… Не то, чтобы мягкий, а скорее человеколюбивый, добрый, ласковый и внимательный. А вот, к примеру, Хитоши Касуя – более жесткий человек.

 – А сэнсэй Нишияма?

– Нишияма сэнсэй тот вообще как дедушка. Этим все сказано. Добрый, спокойный и всегда с улыбкой.
Будо Каратэ
г. Черкесск, 1998 год. Слева – В. Казарьян, справа – А. Мовсесян.

 – Василий Дмитриевич, вы один из тех, кто стоял у истоков каратэ-до в Карачаево-Черкессии. С чего начиналось каратэ-до в КЧР?

 – Я периодически приезжал из Норильска в г. Черкесск. В Черкесске меня познакомили с Владимиром Ижаевым, по прозвищу «Алюра» и Аликом Жировым. Он тогда тут преподавал каратэ. Мы потренировались вместе. Я тогда конечно уже был более опытным каратистом. Показывал и подсказывал им некоторые нюансы в технике и т.д. У ребят были те же ошибки, что и у всех в то время. Все же обучались сами, по книгам. Алик Жиров, тоже в прошлом борец. Бывший дзюдоист. Потом они создали местную федерацию каратэ.

  – Так значит, в то время в КЧР были Володя Ижаев, Алик Жиров, Вы и мне еще рассказывали, что в 90х был такой каратист – Юрий Лушников, да?

 – Ну, Юра Лушников был прокурором в Черкесске. Тоже занимался дзюдо. Позже он познакомился с Володей Ижаевым, взял его под «свое крыло», как говорится и занимался с детьми. Но и он в то время тоже опыта такого особого не имел. Просто человек занимался этим, помогал каратистам и как говорится – делал людям добро.

  – То есть, тогда Юрий Лушников не был мастером каратэ?

 – Нет. Потом, еще в те года был Володя Байрамуков, в поселке Усть-Джегута.

  – Ну это же было уже позднее, в 90-х. Я с ним познакомился у Алика Жирова, в 1995 году, кажется. Он тогда часто приходил на тренировки к Жирову. А позже я узнал, что он зарегистрировал свою федерацию и продвигается по линии спорта.

 – Ну да. Он меня тоже приглашал к себе на тренировки. Я пришел, посмотрел на их тренировки. Они практиковали только Шиай Кумитэ. Что такое Ката они вообще не знали. Ну, в те года, кстати, уже и ты тренировал.
г. Черкесск, 1998 год, клуб “Кин-Но-Тора”. По завершению технического семинара под управлением В. Д. Казарьян.

 – Они, кажется, и сейчас работают только в Кумитэ, а Кихон и Ката не изучают.

 – Ну да. Я считаю, что раздел Кумитэ – это конечно интересно и важно, но практика каратэ, состоящего только из одного спарринга – продолжения не имеет. Ну, ты попрыгал, помахал руками пока ты молодой. А дальше?

Чем Ката хорошо – ты можешь практиковать Ката в любом возрасте. В целом, любое Ката – это тот же Кихон. В Ката присутствуют те же Кимэ что и в Кихон, тот же Заншин что и в Кумитэ, та же работа с правильным дыхание и т.д. А в целом, если ты изучаешь каратэ, то нужно изучать все. И Кихон, и Ката, и Кумитэ.

Нельзя изучать только Ката или практиковать один спарринг и называть это каратэ. Спарринг – это поединок один на один. Ты психологически настраиваешься на одного противника. В Ката ты работаешь против нескольких противников.  Вот возьмем сэнсэя Хирокадзу Канадзава. У него есть раздел Хаппо Кумитэ, где ты работаешь сразу с четырьмя противниками. Мы это сейчас отрабатываем условно. То есть один становится в середине, а остальные атакуют условно, с четырех сторон. Таким образом, ты учишься реагировать на атаки с четырех сторон. А далее ты развиваешься и работаешь свободно, против четырех человек, без заранее условленной схемы боя.

г. Черкесск, 2016 год, клуб “Хинодэ”. Проведение Кю-тестов. Слева-направо: Армен Мовсесян, Аслан Бытдаев, Василий Казарьян.

 – Как вы считаете, есть ли отличие того каратэ-до, что вы изучали и преподаете, от современного каратэ-до?

 – А что такое современное каратэ? Ты об Олимпийском каратэ? И вообще, что такое олимпийское каратэ? Я даже понять не могу этого.

 – Нет, я сейчас говорю не именно об олимпийском каратэ, а вообще о том каратэ, которое сейчас больше практикуют. Я о популяризации каратэ WKF, люди стремятся больше к соревнованиям, титулам, спортивным званиям и т.д.

 – Я понял тебя. Ну, вот смотри… Я много лет уже никуда не выезжал и все что я знаю о WKF, это то, что вижу в интернете. Интернет – дело хорошее. Можно посмотреть, ознакомиться, что-то понять и почерпнуть для себя. Но то, что я видел в интернете относительно WKF – этого я понять не могу. Вот это направление спортивное, когда они стоят и подпрыгивают…. Когда японцы выступают в Кумитэ – там все видно и понятно. И мощь есть, и дух, и воля к победе.

Возьмем соревнования в WKF в разделе Ката. У одних видна и мощь, и сила, и Кимэ есть, присутствует и Заншин. А делают другие Ката, – я смотрю на них и вижу – “шик-шик-шик”. Просто выполнение заученных движений в определенном ритме. Чаще всего – очень быстро. Мощи нет. Да, скорость большая, но я не думаю, что таким взмахиванием он сможет что-то отбить? Я имею ввиду те блоки, которые они используют в Ката, в WKF. Сможет ли этот блок остановить мощный удар рукой или ногой? Я так не думаю. По этому, я даже не знаю….  Я не считаю, что это плохо, но это скорее уже будет называться не каратэ, а как то по-другому. А как ты сам то думаешь?

 – Ну я, и не только, уже говорил о том, что таким образом появился новый стиль каратэ – WKF, а не просто правила соревнований. Так как это уже значительно отличается от того каратэ, которое было.

 – Возможно.
г. Черкесск, 1998 год, руководство “Черкесской Городской Федерации Шотокан Каратэ-До”. Слева-направо: Азамат Тлипиев, Василий Казарьян, Максим Захаров, Армен Мовсесян.

 – Как всем известно, каратэ-до включили в программу олимпийских игр в Токио, в 2020 году. Что вы думаете по этому поводу? Чего ждет каратэ в будущем и к чему приведут такие реформы?

 – Я не знаю, к чему это может привести. Помнится мне, как сказал Нишияма сэнсэй – «Вот, человек стал чемпионом мира и уверовал в свою силу, а на улице к нему подошли два хулигана и побили его». Вот оно к чему может привести. У людей на уме только медальки, грамоты и все. Ну, по правде говоря, результаты соревнований на 80-90% зависит от решения судей. Ты сам работал по этим правилам и знаешь, что можно одному дать очко за плохо выполненный удар, а другому не дать очко за хорошо выполненный удар. А вот не заметил судья твой удар – что ты будешь с этим делать? Все равно в этом деле все зависит от того, как посчитает судья. Это как в пейнтболе. Попал – пятно краски осталось. Может и нам перчатки мазать краску?

 – Не думаю, что это выход. Пятно останется и от удара вскользь.

 – Я в таких ситуациях всегда вспоминаю один вестерн. В том фильме, один ковбой хорошо стрелял, а другой метал ножи. Они поспорил, кто из них быстрее. Тот, кто метал ножи, бросал нож в дерево, рядом с противником. И каждый раз они спорили, кто из них был быстрее. На третий раз, он метнул нож не в дерево, а в сердце стрелка, а тот даже не успел достать револьвер из кобуры. Вот так и на соревнованиях бывает. Ты раз остановил удар – не засчитали. Второй раз отметил попадание – не засчитали. В третий раз как дал, что противник упал, и тебя дисквалифицировали.

Некоторые коллеги говорят, что нужно работать в полный контакт, но в шлеме, жилете и с паховой раковиной. Говоря о себе – лично мне неудобно в этом все работать в Кумитэ. Не комфортно. Шлем, например, ограничивает мне обзор или затрудняет дыхание. Жилет и паховая раковина ограничивает мои действия и создают какой то дискомфорт. Мне неудобно во всем этом.

Когда я говорю друзьям, что за пять лет войны, я одел бронежилет только один раз, и то, когда нам поручили сопровождать одного иностранного министра. А одел я тогда броник только с той целью, – если понадобится, то чтобы я мог прикрыть его собой. Те броники, которые были в то время – это невыносимо. Попробуй в этом бронежилете сделать кувырок, перекат или еще какой либо маневр. Не враг, а убьешься своим же броником.

Относительно правил соревнований, я думаю, что нужно либо понимать, что это всего лишь спорт и соревнования, и не цепляться к реализму, либо просто надевать защиту и как то приспосабливаться к ней.

 – Вот ты сам и ответил на свой вопрос.
Василий Дмитриевич Казарьян (2 дан)

 – Мне нравятся шлемы с пластиковым забралом, как в Кудо, но стекло запотевает. Можно найти решение и этому, но… Помните, вы рассказывали, что одному вашему ученику отец купил такой шлем. Он некоторое время работал в этом шлеме, а когда с него сняли шлем, то он стал бояться выходить на среднюю и ближнюю дистанцию без шлема. Появился страх получить удар в лицо.

 – Да, было такое. Ну а что делать? Кумитэ существует для того, чтобы ты попробовал свои навыки в деле. Так сказать – тело с телом. Ну а пользы от того, что мы выйдем друг против друга и сломаем друг другу челюсти и потом будем месяц лечиться. Это тоже не дело. Нужно чувствовать тело своего противника. Если ты его не чувствуешь, то ты не сможешь правильно выполнить свой прием, будь то подсечка, бросок, блок или удар.

 – Осс! Полностью согласен. От одной отработкой техники в воздух, на мешке или на макиваре – невозможно понять суть каратэ.

 – Кстати, говоря об этом, я хочу напомнить о старой доброй школе Шотокан. Я говорю о Накаяма сэнсэе и его учениках, таких как Нишияма, Казэ, Канадзава, Асаи, Окадзаки и т.д. На всеяпонских чемпионатах они всегда работали в полный контакт в корпус и четко фиксировали свой удар в голову. Этим они показывали свой уровень мастерства, и то, как они владели ситуацией и своим телом. Значит можно работать и так, но нужно быть технически грамотным и опытным, чтобы не нанести травму.

 – Ну да. Но только для чего люди хотят проводить соревнования либо в защитном снаряжении, либо без него, но обозначая удар?

 – Во-первых, соревнования это деньги. Во-вторых, чтобы обезопасить каратистов и снизить травматизм. В-третьих, ты как организатор или инструктор несешь ответственность. Извини меня, а если что-то, не дай Бог, случиться? Ты же потом будешь виноват. Скажут, – почему ты не одел ребенку защиту. Ты правильно заметил, что мастера работали в полный контакт без снаряжения и накладок. Как говорится – «тот, кто может многое, сможет и малое».

А дети? Они же не умеют контролировать свой удар так, как это делают мастера. По этому, чем выше уровень мастерства у человека, тем тебе легче с ним работать. Он не убьет тебя и не покалечит. Сам вспомни. Начнешь работать с молодым – и всееее. Понеслось. Обязательно он что-то тебе покалечит или куда-то тюкнет. Потому, что ты понимаешь то, что делаешь, контролируешь себя и стараешься сделать все правильно и аккуратно,  а он от своего страха, неуверенности или от корявой техники делает все, что угодно и не контролирует свои действия.

г. Черкесск, 2017 год. Технический семинар.

 – Василий Дмитриевич, как вы считаете, в России практикуют каратэ-до в большей степени как спорт или Будо?

– Ну в России много тех, кто практикует каратэ. Для кого-то это спорт, а для кого-то Будо. Без опроса не узнаешь.
А относительно Будо – я так тебе объясню. Вот гляди. То каратэ, которым мы с тобой занимаемся… Ведь мы можем заниматься им хоть до самого кладбища. А в спортивном каратэ, как и в любом спорте, есть «срок годности». Вот по себе посуди. Я думаю, что даже тебе сейчас поединков 5-10 подряд уже тяжело будет. Ты скажешь – «да на фиг мне это нужно». Постараешься сразу защититься и вырубить и все, чем вот так скакать.
Знаешь? Ведь то каратэ, которое разлетелось по всему миру – это же университетское каратэ. Как я предполагаю. Оно для чего было создано? Учить ребенка убивать – опасно и для общества и для государства. А научить его таким приемам – пожалуйста! А когда он придет в армию или в случае войны – взял его, чуть-чуть переделал и все. Там уже все готово. Есть мощный фундамент. Добавил это, то и уже боец. Это уже будет человек, которому не соревнования нужно выигрывать, а спасать свою жизнь, выживать. Ведь может такое быть?

 – Весьма вероятно, учитывая и тот факт, что после Второй Мировой войны, Японии было запрещено иметь свою армию. Поначалу и все школы Будо были запрещены. Японцы убедили весь мир, что эти занятия необходимы для поддержания древней национальной традиции Японии, для здоровья населения и студентов. И уже позднее, задали всему миру ритм, заставив поверить в то, что это всего лишь спорт.

У меня как-то брал интервью Сергей Власов, как у ветерана отряда специальных операций, и он задал мне вопрос – «помогало ли каратэ мне на войне?». Я ему ответил, что помогало. На этот счет в интернете много дискуссий было. Я говорю, – смотря, что вы считаете помощью каратэ на войне. Это совсем не значит, что на войне я с криком «ки-я» бросался под пулеметный огонь, шел в рукопашную, чтобы применить свои навыки в каратэ. Нет. Но вот, например, когда тебе дают команду, чтобы ты в составе подразделения погасил пулеметное гнездо, которое находится на вершине сопки и тебе на этот подъем, 200-300 метров в гору приходится подниматься, под шквалом пуль, гусиным шагом, по камням и по колючкам – то да, каратэ помогало.

А что же, если не каратэ мне помогало? Когда ты выдохся, но тебе нужно идти вперед. Тобой пытается управлять страх. Мысли о том, что тебя могут убить. У тебя страх, что твои друзья пойдут вперед, а ты отстанешь, у тебя страх, что ты поспешишь и тем самым подставишься под пули, страх, что тебя сочтут трусом и т.д. И ты со всем этим борешься. Именно каратэ меня учило это перебарывать, и именно каратэ мне помогало справляться со всеми этими проблемами. Это умение терпеть боль, терпеть жажду и голод, терпеть жару и холод, управлять своим страхом и т.д.

– Ну это понятно, что тренированный организм всегда лучше, чем не тренированный.
г. Кисловодск, 2018 год. После товарищеской встречи по Каратэ-До  между клубами. Слева-направо: Василий Казарьян, Армен Мовсесян, Денис Горохов.

– Василий Дмитриевич, скажите, – вот вы столько лет в Каратэ-До, а до сих пор у вас 2-й Дан. Почему вы перестали аттестоваться и повышать свою степень – Дан?

 – Армен, как бы это не прозвучало банально и элементарно – а почему ты не повышаешь? Нет такой возможности. Нам нужно кормить семью. А любая поездка – это немалые деньги для нашего региона. Я бы с удовольствием поехал и даже поехал бы в Японию. Японцы же приглашают, но…. Вот этот вопрос лучше задать кому-нибудь выше – почему на Кавказе работающие люди такие нищие.

 – С нашими зарплатами жители крупных городов России даже каратэ бы забросили, уже и не говорю о поездках на семинары и аттестации.

Вот у нас, в нашей организации каратэ, есть такой порядок, что каждый член организации обязан раз в год посещать международные семинары с японскими мастерами. Да, я только рад был бы посещать, даже три раза в год. Были бы деньги. Только вот в Москве и в Питере одни зарплаты, а у нас другие. У них, когда человек получает 12000-15000 руб. в месяц, он считается бедным, а у нас половина населения на это существуют.

Как-то меня приглашал друг к себе в гости, в Москву. Я сказал, что не могу приехать, так как у меня материальные трудности и 15 тысяч долга. Он у меня спрашивает – «долга – 15 тысяч долларов»? И я рассмеялся. Говорю, – вы там совсем зажрались что ли? Он был в шоке узнав то, что того долга всего 15 тысяч рублей а не долларов. А еще был в шоке, узнав какие у нас зарплаты.

Еще приезжал тут один турист к нам в гости и узнав, какие у нас зарплаты, позвонил другу и смеясь говорит по телефону – «Андрюх, ты прикинь! Тут люди реально за еду работают». Вот такие дела.

 – Да, я считаю, что повышение уровня Дан и аттестация – это чисто финансовая сторона и все. У кого есть деньги, тот и повышает свой Дан-уровень.

 – Василий Дмитриевич, мне помнится, когда в 1998 году я сдавал Вам экзамен на 2 Кю, то это было очень сложно. Я тогда думал, что сдохну в процессе экзамена. Это было сложнее, чем сейчас экзамен на 1-й Дан. Такое чувство, что программа стала проще.

В последнее время, я часто встречаю людей с 1-ми и даже 2-ми данами, которые не достигли 18 лет. Недавно, очень удивило меня то, что я встретил мальчика 15-ти лет со 2 даном. Как вы считаете, с какого возраста можно присваивать степень – Дан?

 – Я с тобой согласен. 15-ти летний ребенок – он все равно еще ребенок. Он не понимает в полной мере, что такое каратэ. В наше время и 20-ти летние уже не всегда толком понимают, что такое каратэ. Они просто выполняет «гимнастические упражнения».

 – Помните, раньше, когда ребенок технически вырос и ему присваивали на аттестации уровень Дан – в дипломе писали Junior-Sho-Dan. Так он ходил с черным поясом до совершеннолетия и в 18 лет, он вновь пересдавал экзамен на 1-й Дан. Я думал, что сейчас такого нет, но оказывается, что во многих организациях, которую курируют японцы, до сих пор так.

 – Я где то видел на фото ребенка с черным поясом и белой полосой вдоль пояса или пополам – половина пояса черная и половина белая.

 – Нет, это уже на западе изобретают всякого рода различия. У японцев такого нет.

 – Ну, в целом я тоже так думаю, что для 15-ти лет 2-й Дан это слишком. Есть же какие то правила и нормы. После получения одной степени, должен пройти определенный срок для сдачи на следующую степень. Это как тогда получается? Ребенок в 13 лет получил 1й Дан, в 12 лет получил 1й Кю, в 11 лет получил 2-й Кю, в 10 лет получил 3-й Кю…. Это что, он с 6-ти лет уже ходил с цветным поясом? Человек конечно же может регулярно аттестоваться, но не все время. Бывает и такое, когда от одного Кю до другого должен пройти год, как минимум. Я думаю, что это сдача экзаменов не по навыкам, а по срокам и оплате аттестации.

 – Вообще, по правилам, после сдачи на какой либо цветной пояс, до следующей степени срок предоставляется 3 месяца, а с 5-го кю уже дается по пол года до следующей аттестации. Но у нас аттестации обычно проходят один или максимум 2 раза в год. И то, я всегда слежу за тем, можно ли кому из моих воспитанников на какой Кю сдавать. Пока я не дам добро, что он готов и ему можно сдавать – он не имеет права заявляться на аттестацию (кто бы не приехал). Даже чаще бывает, когда другие сэнсэи мне говорят, что ребенок хорош в технике и ему можно сдавать экзамен, а я не разрешаю. Я считаю, что каждый должен понимать то, что он делает, и есть определенные требования к технике, а не просто – пришло время, выучил программу и прошелся по залу. С опытом у инструктора формируется уже зоркий глаз. Я к примеру, по тому как человек стоит в Зенкуцу Дачи, как выполняет Агэ Укэ или Гяку Цки – могу определить какой у него уровень Кю или Дан, а не по тому – сколько Ката он вызубрил.

 – Да. Все верно. Я думаю, что быстрое продвижение по Кю и Дан – это еще и коммерческая сторона. Вот как считают японцы относительно уровней Дан. Помимо того, что ты технически грамотный и технически готов, ты еще должен быть сердцем с каратэ. То, что ты его не предал, не забросил и продолжаешь верно служить делу – каратэ. Ну а когда ребенок сдал на 2-Дан, а через 2 года его интересы изменились и он бросил – и что дальше? Какой толк от того, что у него 2-й Дан, кроме заработка экзаменатора?
г. Черкесск, 1998 год. Сдача экзамена на 2-й Кю. Тамэшивари в исполнении А. Мовсесян.

 – Помните, в наше время, при аттестации даже на 3-й Кю были в программе экзаменов и Джиу Иппон Кумитэ, и Джиу Кумитэ и Тамэшивари. Сейчас Джиу Кумитэ отсутствует в аттестационной программе не только на коричневые пояса, но и на 1-й Дан. Не кажется ли Вам, что каратэ пытаются упростить для простых обывателей? Так сказать “кастрировать”?

 – Знаешь, когда что-то пытаются сделать «для всех», это опять же переход на рельсы коммерции. Разве не так? Я знаю, что сейчас в спортивном каратэ, когда человек становится чемпионом – ему присваивают черный пояс. Спрашивается – за что? Разве это правильно? Ему дали медаль, что он победил – все! Ну, пусть еще разряд спортивный присвоят. А причем тут Дан?

 – Да. Меня тоже это удивляет. К чему вообще в каратэ ввели спортивные звания – КМС или Мастер Спорта? В каратэ всегда было так, что если «черный пояс», то это мастер. А причем тут спорт? Интересно, в Японии есть звание Мастер Спорта Японии? В каждом боевом искусстве есть своя градация, звания и титулы. Например в каратэ: Сэмпай, Сэнсэй, Шихан, Ханши, Рэнши, Кёши и т.д… Даже в Сумо есть звания – Йокодзуна и Одзеки, Сэкивакэ и т.д.

Но западный человек всегда все пытается перестроить на свой лад. Это как первые соревнования по каратэ в США, когда они бились в кимоно, но в боксерских рингах, в боксерских шлемах и перчатках. Потом, видимо кто-то возмутился и они переименовали это в Light, Soft и Full-Сontaсt Karate (Легко, Средне и Полноконтактное Каратэ), потом переименовали это дело в All Style Karate (Всестилевое Каратэ) (ничего не напоминает?) и позднее уже в Kickboxing.

 – Ну мне кажется, что введение разрядов – это уже наши сами придумали. У нас же всегда все на свой лад. То, что было у нас хорошее у нас – мы утрачиваем, перестраиваясь на новый лад. Мне на этот счет нравятся японцы. Они никогда ничего не теряют. Они идут в ногу со временем и никогда не теряют связи с прошлым. Они не забывают свои корни и традиции. Японцы, сохраняя свое достояние, только обогащают и приумножают свою культуру.

 – Василий Дмитриевич, вы наверное обратили внимание на то, что не только в России или в мире, но особенно на Кавказе очень стали популярны бои без правил? Откуда взялась такая популярность?

 – А у нас всегда любили померяться силами. Ты где-нибудь видел, чтобы больше чем на Кавказе любили «Скандербек» (Армреслинг)?

Мне кажется дело в том, что большая часть современного общества просто пришли к поиску простых путей решения задач. Ну, возьмем ММА или Кикбоксинг. Там ведь не тратят столько времени на изучение удара, как в каратэ. Там все просто – бей передней рукой и все. Как ее бить они не углубляются так глубоко, как в каратэ.

 – Да уж. В современном мире стараются сократить затраты и время при достижении нужного результата. Я задумываюсь о том, что в наше время многие женщины не заваривают чай и тем более не варят компот. Проще купить сок в магазине. Что сказать? Эпоха микроволновых печей, стиральных машинок – автомат, чайных пакетиков и тренировок по одному часу два раза в неделю.

 – Ну а что? Разве не так? Они разбирают удар, удаляют критические ошибки при выполнении этого удара и далее просто набивают руку, работая с мешком. И так они долбят этот удар день за днем. Пока не появится в процессе тренировок мощность в этом ударе. Чем больше сделаешь – тем сильнее будет удар. А у нас, при изучении того же Кизами Цки разбирают: кулак должен выходить так, локоть должен выходить так, тело должно двигаться так, бедра должны работать так, положение тела должно быть так, позиция должна быть такой и т.д. Да, и у них тоже есть правила нанесения удара, но не настолько дотошно они их изучают при обучении, как это делают в каратэ.

По этому – я даже не знаю. Это, конечно же, сейчас все очень модно и зрелищно, но…

Они все конечно “пахари”. Молодцы! Усердно тренируются и все как положено. Но потом два нокаута, три нокдауна, челюсть сломана, голень сломана и все. И для чего это все?

 – Думаю, ради титула чемпиона или ради денег.

 – Это опять же то, о чем мы с тобой говорили. Ну, стал ты чемпионом, и что дальше? Мы с тобой не стали чемпионами мира, но мы продолжаем изучать каратэ, тренируемся, здоровые и бодрые. Если что-то случится – мы за себя можем постоять. А это чемпионство, какой ценой оно дается?

И еще кое- что. Все знают, что происходило в Японии на курсах Кенчусэй и как они на этих курсах бились. Бывало и такое, когда после таких спаррингов увозили человека в больницу на скорой. И чем отличается это от тех же боев без правил? Скажешь?

 –  Тем, что они были в кимоно и не было бойцовой клетки.

 – Нет! Вот посмотри что выходит. Когда речь идет о каратэ, тут же речь заходит о благородстве. Возьмем, к примеру, каратиста. Возьмем тебя. Ну, случись на улице с тобой что-то. Ты ударишь человека и вырубишь его. Станешь ли ты кидаться на него, после того как он упал и добивать его?

 – Нет. Я думаю, что подойду убедиться, что этот человек жив и не умрет от полученного удара. Окажу ему первую помощь в случае надобности и после этого уйду.

 – Даже боксер на улице, если вырубит кого – не добивает лежачего, не пинает. Он просто посмотрит и уйдет. А в боях без правил – я не вижу в этом благородства, когда добивают упавшего. Разве не так?

 – Да. А потом наше общество будет возмущаться, что кого-то случайно убили в уличной драке. Говоря о случайном. Когда ты вырубил человека и он падая ударился головой и умер – это можно назвать непреднамеренным убийством, а когда ты вырубил человека, а потом кинулся добивать его вялую тушку, то это уже будет жесть. Ну, как говорится – каждому свое. Время всегда все ставит на свои места. Я думаю, что со временем общество поймет, что происходит с их молодежью, когда в обычной уличной драке, «случайно» погибнет «невинный», «хороший и добрый как ангел» человек. Не будем о плохом.

– Да уже масса таких случаев было. Что уж тут говорить.
г. Кисловодск, 2018 год. Открытие турнира по Каратэ-До  между клубами. А. Мовсесян вручает сэнсэю В. Д. Казарьян благодарственное письмо, за огромный вклад в развитии Шотокан Каратэ-До на Северном Кавказе.

 – Василий Дмитриевич, вы вырастили немало хороших каратистов и воспитали огромное количество достойных людей. Что бы Вы пожелали новому поколению, современным каратэкам?

 – Ну что я могу пожелать? Того же, что и себе. Давайте изучать каратэ. Будьте добрыми, сильными, честными и порядочными людьми. Крепкого всем здоровья! Любите Каратэ!

 – Спасибо вам огромное, за интересную беседу! Спасибо за то, что вы делаете! Крепкого вам здоровья и успехов во всем! Осс!

Василий Казарьян и Армен Мовсесян.
- Реклама -
Армен Мовсесян
Родился в 1973 году. В Каратэ-До с 1987 года. Инструктор Международной Федерации Шотокан Каратэ-До России - S.K.I.F. Ветеран отряда специального назначения.